Кредитный парадокс: почему при «оздоровлении» рынка в Казахстане выживают «МФО-зомби»

Статистика микрофинансового сектора Казахстана очень интересна. На фоне общего снижения доли проблемных займов до 6,2% в тени остаются "токсичные" игроки, чей портфель почти полностью состоит из безнадежных долгов. Какие риски есть в структуре микрокредитования – в материале Zakon.kz.

Микрофинансовый рынок Казахстана вошел в фазу структурной трансформации. Портфель МФО замер на отметке 1,5 трлн тенге, показав за год чисто символический рост в 0,9%. Однако это затишье обманчиво, – подчеркивают аналитики Finprom.kz, опираясь на данные Нацбанка РК.

Основной импульс сектору сейчас придают не предприниматели, а рядовые заемщики. Доля физлиц в портфеле достигла рекордных 85,9%, что превращает МФО в "социальную кассу" для населения, в то время как бизнес–кредитование продолжает стагнировать.

Есть ли ловушка для ИП?

На первый взгляд, данные по "плохим" кредитам внушают оптимизм: объем просрочки свыше 90 дней (NPL 90+) сократился за год более чем на четверть. Доля токсичных активов упала с 8,6% до 6,2%. Но если детально разобрать этот успех, становится очевидно: очищение идет исключительно за счет массового сегмента физлиц, где объем просрочки рухнул на 30,4%.

В это же время в сегменте индивидуальных предпринимателей (ИП) назревает кризис. Портфель займов ИП за год сократился на треть, но качество оставшихся кредитов резко ухудшилось.

"Объем проблемных микрокредитов увеличился на 14%, до 8,1 млрд тенге, а их доля выросла с 3,9% до 6,6%, что впервые сделало сегмент ИП самым проблемным в структуре микрокредитов МФО РК".Finprom.kz

"МФО–зомби": когда портфель мертв на 90%

Самый серьезный риск для финансовой стабильности сектора кроется в экстремальной концентрации токсичных активов у отдельных игроков. На фоне 214 действующих организаций выделяется группа из 13 компаний, где доля просрочки превышает 20%. Однако у некоторых "антилидеров" ситуация за гранью критической. Многие из этих компаний фактически оперируют мертвыми портфелями, где доля токсичных займов колеблется от 89% до почти 100%. Особую остроту ситуации придает то, что некоторые из этих игроков входят в топ–20 и топ–30 крупнейших МФО страны. Наличие подобных "зомби–структур" искажает рыночную конкуренцию и создает очаги потенциальной нестабильности.

Примечание. Термин "компания-зомби" (zombie company), откуда происходит "МФО-зомби", возник в 1990-х годах в Японии во время "Потерянного десятилетия" после краха финансового пузыря. Японские банки поддерживали убыточные фирмы дешевыми кредитами, не давая им обанкротиться, что тормозило экономику. В 2000-х понятие популяризировал Банк международных расчетов (BIS). В России и Казахстане термин адаптировали для МФО и банков в 2010-х годах на фоне мягкой монетарной политики.

Курс на жесткую сегрегацию

Анализ текущих данных позволяет выделить три ключевых вектора развития рынка:

1. Потребительский крен. МФО окончательно закрепляются в нише розничного кредитования. Рост займов юридическим лицам на 65% за год выглядит впечатляюще, но при объеме в 72,2 млрд тенге это остается нишевым продуктом, не способным изменить облик сектора.
2. Вымывание среднего звена. Уход крупных МФО в банковский сектор и одновременное накопление проблем у игроков второго эшелона приведет к поляризации рынка. Останутся либо прозрачные гиганты, либо микро–организации с высокими рисками.
3. Регуляторное давление. Сохранение "токсичных очагов" неизбежно спровоцирует Нацбанк и АРРФР на новые ограничительные меры. Компании с долей NPL выше 90% станут первыми кандидатами на отзыв лицензий в 2026 году.

Главный риск такой: наличие компаний с почти полностью проблемным портфелем, включая относительно крупных игроков, указывает на структурные дисбалансы внутри сектора. Это говорит о том, что снижение "токсичности" в среднем по рынку во многом носит статистический характер и не исключает локальных очагов нестабильности, которые при ухудшении экономической ситуации могут быстро трансформироваться в системный риск для всего сегмента микрокредитования, – отмечают эксперты.